Статистика говорит о том, что в последние годы жители нашей страны откладывают рождение детей на все более поздний возраст. Насколько сильно эта тенденция способна повлиять на демографическую ситуацию и какие процессы будут происходить с населением Беларуси в ближайшие десятилетия, «ЗГ» рассказывает эксперт по вопросам народонаселения и развития.

- Во многих европейских странах средний возраст рождения первого ребенка сейчас приближается к 30 годам, что приводит к искусственному снижению рождаемости. Например, в Италии и Испании, которые традиционно отличались большим количеством детей в семьях, суммарный коэффициент рождаемости несколько лет назад временно оказался на уровне единицы. Это произошло как раз из-за того, что большинство женщин решили отложить рождение детей на более поздний возраст.

- Чтобы объяснить суть этого процесса приведу пример. В некоторых странах Востока определенные годы считаются неблагоприятными для рождения детей. В такие периоды рождаемость оказывается очень низкой. Но в последующее время она довольно быстро компенсируется. То есть женщины, отказавшиеся от материнства в этот год, присоединяются к следующему поколению матерей, и детей рождается больше, чем в обычные годы. Теперь представьте, что откладывание происходит постоянно, к «пропустившим свою очередь» на материнство женщинам присоединяются новые и новые поколения, а рождение ребенка откладывается не на год, а почти на десятилетие. Теоретически, спустя этот десяток лет, компенсация все-таки произойдет. Но даже если женщины, отложившие рождение, затем будут рожать столько детей, сколько родили бы, не откладывая его, в определенный период за счет самого этого откладывания, рождаемость в стране будет оставаться пониженной. Следует также учитывать, что тенденция к более позднему рождению первого ребенка увеличивает и средний возраст рождения второго и третьего детей. К тому же родители, поздно заводящие первого ребенка, склонны им и ограничиваться, отказываясь от рождения других детей. Откладывание рождения также может приводить в дальнейшем к полному отказу от него. С учетом всего этого, а также того, что с возрастом репродуктивные способности человека снижаются, описанная тенденция в ближайшие годы будет способствовать снижению рождаемости в Беларуси.

- Каковы в целом прогнозы для нашей страны с точки зрения демографии?

- В ближайшие годы в Беларуси будет продолжаться небольшой рост числа рождений. Хочу обратить особенное внимание на разницу между этим показателем и уровнем рождаемости. Их нередко путают, заявляя, что в последние несколько лет рождаемость резко повысилась. Количество рождающихся детей в этот период действительно заметно увеличилось. Но произошло это не за счет общего повышения уровня рождаемости, а за счет того, что увеличилось количество женщин наиболее продуктивного с точки зрения рождения детей возраста. Родителями становятся люди, рожденные в годы «беби-бума» в 1980-е годы. А поскольку это поколение многочисленно, то и детей появляется относительно много. Однако затем, начиная примерно с 2012-2013, года в этой сфере начнется спад. В репродуктивный возраст вступит очень немногочисленное поколение, рожденное в смутные 1990-е годы. И каков бы ни был уровень рождаемости, этот спад будет продолжаться еще несколько десятилетий. Количество людей в трудоспособном возрасте будет падать, доля населения в пенсионном возрасте будет расти. Таким образом, будет постоянно увеличиваться демографическая нагрузка: на одного работающего будет приходиться все больше пенсионеров, которых он должен содержать.

- То есть вы считаете меры, предпринимаемые сейчас в нашей стране для увеличения рождаемости, неэффективными?

- Рождаемость в Беларуси не удастся повысить настолько, чтобы население начало расти. Даже если бы завтра рождаемость достигла отметки 2, то есть каждая женщина родила бы двоих детей, то до того, как произошла бы стабилизация численности населения, оно все равно успело бы сократиться на миллион человек. Это заложено в его возрастной структуре: детей у нас уже гораздо меньше, чем матерей. Количество людей в стране будет постоянно уменьшаться, поскольку будет умирать гораздо более многочисленная группа населения - старики. Поэтому когда правительство обвиняют в том, что оно делает недостаточно для сохранения численности населения, это звучит глупо. Здесь просто ничего нельзя сделать, поскольку процесс необратим.

- Насколько реально, по вашим оценкам, достижение целей, поставленных в рамках Национальной программы демографической безопасности Республики Беларусь на 2007 - 2010 годы?

- Указанный в программе коэффициент рождаемости вполне достижим, но он мало что изменит в общей ситуации. Достижение некоторых других индикаторов также не представляет большой проблемы. Но общие коэффициенты, в принципе, неправильно использовать вообще, так как они отражают не столько ситуацию с рождаемостью или смертностью, сколько возрастную структуру населения. Так, например, сравнивая Японию и Мексику, мы увидим, что общий коэффициент смертности в Мексике гораздо ниже. Однако при этом продолжительность жизни и уровень здоровья населения в Японии несравненно выше. Просто чем больше в стране пожилых людей, тем больше человек на тысячу населения умирает. Так что снижение общего коэффициента смертности - вещь очень сложная, и далеко не всегда хорошо, когда он низкий. Что касается такого показателя как общая продолжительность жизни, которая должна достигнуть 72 лет, то здесь не учтена разница в продолжительности жизни между мужчинами и женщинами. Не совсем ясно, за счет какого из полов она будет достигнута.

- Какова эта разница и чем она объясняется?

- Эта разница колоссальна, на сегодняшний день для Беларуси она составляет 12 лет: мужчины живут в среднем 64 года, а женщины - 76 лет. Подобные показатели наблюдаются только в России и в Украине. В большинстве развитых стран ничего подобного нет. Такие цифры свидетельствуют, в первую очередь, о высокой смертности мужчин в трудоспособных возрастах. Причинами этого являются неправильный стиль жизни, курение, употребление алкоголя, совершенное отсутствие культуры заботы о здоровье.

- Какие меры стимулирования рождаемости зарекомендовали себя в мире, европейских странах как наиболее эффективные?

- Политика, направленная на увеличение рождаемости, вообще является очень спорной. В большинстве развитых стран, в которых рождаемость повысилась (Франция, Скандинавские страны) речь никогда не шла о демографической политике, а только об общей социальной политике, направленной на повышение качества жизни граждан. В этих странах вопрос ставился гораздо шире «детского» пособия: инфраструктура детских учреждений, система социальной аренды жилья, система здравоохранения и так далее. То есть создавались условия, чтобы женщина могла совместить роль матери и участие в экономической жизни общества. Государство не диктовало гражданам, сколько детей они должны иметь, а позволяло легко завести столько детей, сколько они хотят. И количество желаемых детей при этом растет. Большую роль здесь сыграла гендерная политика, направленная на реальное равенство полов, в том числе и в сфере воспитания детей. Согласно одной из теорий демографии, после резкого роста в последние десятилетия образовательного статуса женщины, резко сократилась рождаемость, маятник начинает двигаться в другую сторону. В тех странах, в которых функции воспитания детей делятся поровну между мужчиной и женщиной, ожидается подъем рождаемости.

- Евросоюз пытается решить проблему уменьшения населения за счет привлечения мигрантов. Насколько такой путь перспективен для Беларуси?

- С моей точки зрения, миграция - это не решение демографической проблемы. Тем более для Беларуси. В данный момент она вряд ли в состоянии привлечь высокими зарплатами лучшие кадры мира, как это делают богатые страны. Скорее всего, сюда поедут мигранты в лучшем случае со средним уровнем квалификации, а вероятнее всего - с низким. Нужны ли они стране? При этом приезд мигрантов сопровождается массой проблем, на решение которых требуются дополнительные ресурсы. Но главное - низкая эффективность такой политики. Ведь 5 тысяч мигрантов, которых планируется привлечь, согласно программе демографической безопасности, не решают ничего. Хотя бы для того, чтобы численность населения оставалась на нынешнем уровне, в ближайшие 40 лет в Беларусь должны приехать около 2 миллионов мигрантов. А дальше - все больше и больше, потому что мигранты тоже стареют, и их придется кому-то содержать по достижении пенсионного возраста. Чтобы держать на постоянном уровне демографическую нагрузку, за 40 лет в страну нужно ввезти 10 миллионов мигрантов.

- Какие же меры все-таки можно принять в условиях сокращения количества населения и его старения?

- Единственный способ компенсировать сокращение трудовых ресурсов - это увеличение пенсионного возраста. Но для Беларуси эта мера пока представляется малодоступной. Ведь она может быть применена только в ситуации, когда в стране наблюдается стабильный рост продолжительности жизни. Ведь среднестатистический белорусский мужчина не доживает до 65. И повышать пенсионный возраст до этого порога несправедливо, это просто аморально.

- Как должна осуществляться подобная реформа, чтобы минимизировать ущерб для людей?

- Этот процесс должен быть растянут на протяжении нескольких десятилетий. В Германии, например, повышение пенсионного возраста происходит на один месяц в год. То есть одно поколение выходит на пенсию на месяц позже другого. Тогда население воспринимает такое изменение спокойно, особенно когда СМИ доходчиво объясняют людям, почему это необходимо. Для Беларуси целесообразно постепенное увеличение пенсионного возраста к 2050 году до 60 лет у женщин и до 65 у мужчин. В принципе, с учетом более высокой продолжительности жизни женщин, возможно и выравнивание пенсионных возрастов для мужчин и для женщин, как это наблюдается в большинстве развитых стран.

- Какого роста продолжительности жизни нужно достигнуть, чтобы изменять пенсионный возраст, и насколько достижимы эти показатели для Беларуси?

- В большинстве развитых стран за последние десятилетия рост продолжительности жизни составляет примерно 2-2,1 года в десятилетие - и у мужчин, и у женщин. Если бы такой же рост наблюдался в Беларуси, можно было бы стабилизировать демографическую нагрузку только за счет адекватного повышения пенсионного возраста. Но эти показатели - далеко не предел. В переходные периоды рост продолжительности жизни может идти гораздо быстрее. Так, после Второй мировой войны в Японии она росла почти на 4 года в десятилетку. Для Беларуси сейчас вполне достижим значительный рост продолжительности жизни. Но для этого требуются колоссальные вклады, в том числе, и в систему здравоохранения.

- Инвестиции в эту систему уже дали значительный результат: снижение уровня младенческой смертности, которое называют существенным достижением в сфере демографической безопасности в Беларуси...

- Этот, несомненно, важный социальный фактор на демографическую ситуацию практически не влияет. Но он свидетельствует о том, что система здравоохранения в этой области функционирует хорошо. Хотя при средней продолжительности мужской жизни 64 года такой показатель выглядит очень странно. Это несколько искаженная структура, показывающая, что у вашей системы здравоохранения имеются колоссальные резервы, и они должны быть направлены на снижение смертности мужчин в среднем возрасте.

- То есть инвестиции в здравоохранение - первоочередной шаг в решении демографических проблем?

- Не только в здравоохранение, но в защиту окружающей среды, в питание, в стиль жизни. Если в стране прекрасная система здравоохранения, но на улице нечем дышать, или количество потребление алкоголя на душу населения растет, эффекта не будет. И, естественно, необходимы инвестиции в образование. Образованный и здоровый человек работает дольше и гораздо производительнее. Нужно увеличивать человеческий капитал, это единственный путь решения проблемы в условиях сокращения численности населения. Если ситуацию практически невозможно изменить, к ней нужно адаптироваться.